February 16th, 2021

Пока в СССР передивались с хлеба на квас, Сталин устраивал в свою честь пышные банкеты. Меню тирана

Фото:

Бокал перцовки

«Не в наших традициях, отпускать друзей, не пообедав!..» — такой ответ получила 10 октября 1939 года в Москве перед отбытием на родину литовская делегация, подписавшая-таки соглашение о базах («в обмен» на Виленский край, только что освобожденный от поляков, в соответствии с договором Молотова–Риббентропа).

Что поделать, остались обедать. Это, правда, не помешало нашим славным чекистам очень скоро арестовать возглавлявшего делегацию министра иностранных дел Юозаса Урбшиса и сослать его в Тамбов.

23 июня 1941 года Урбшис был вновь арестован. Содержался в Саратове, Москве, Кирове, Иванове, в тюремной больнице в Горьком. В целом в заключении провел последующие 16 лет, в том числе 13 лет — в тюрьме, из которых 11 — в одиночной камере. В 1943–1944 годах из застенков он отправил Сталину два меморандума о необходимости восстановления литовской государственности. Реакции на них не дождался. После смерти Сталина был с женой реабилитирован, в то же время лишившись права проживать на территории прибалтийских республик и значительных городов Советского Союза. В связи с этим Урбшисы поселились в Вязниках Владимирской области.

В 1991 году успел получить высший орден Литовской Республики.

Не знаю, как кого, а меня не убеждают ссылки на тогдашние отклики дорогих гостей, единодушно восхищавшихся пышностью кремлевских приемов военного времени: это-де свидетельствовало о несгибаемой вере в конечную победу над врагом.

Вот Черчилль приехал на переговоры в июле 1942-го в танковом комбинезоне, и не знал, куда себя спрятать на фоне отглаженных мундиров с орденами!

Ну есть основания думать, что Черчилль (та еще лиса!) как раз хорошо продумал, во что одеться, приезжая в Москву летом 42-го…

Collapse )